Скрытое лицо безработицы

Российские предприятия в июне 2009 г приняли на работу 2,3% списочной численности работников, а выбыло по различным причинам 3,1% списочной численности. Об этом свидетельствуют опубликованные сегодня Росстатом итоги федерального статистического наблюдения о неполной занятости и движении работников за июнь 2009 г.

По мнению специалистов, официальные цифры не до конца отражают истинное положение дел, поскольку подлинная безработица кроется под массой различных псевдонимов типа «отпуск за свой счет» или «неполный рабочий день».
Статистика не учитывает субъекты малого предпринимательства, отражая положение дел в таких отраслях, как добыча полезных ископаемых; обрабатывающие производства; производство и распределение электроэнергии, газа и воды; строительство; транспорт и связь; оптовая и розничная торговля; финансовая деятельность. Так вот специалисты рекомендуют делить официальные показатели на два и на три, учитывая, что всякого рода «отпуска за свой счет» — это просто другое лицо безработицы.

— Я считаю, что более реальную картину покажут данные по сбору налогов с доходов физических лиц по зарплате. Это и станет куда более правдивым отражением нашей безработицы», — сообщила «Аргументам недели» директор Центра макроэкономических исследований БДО Юникон Елена Матросова.

Вместе с тем эксперт признает, что кризис принуждает работодателей к логичному пересмотру зарплатной политики в рамках рационализации издержек. То есть проходит время дешевых денег, неадекватного раздувания доходов. Под увольнение идут те, кто был взят на работу во время кадрового дефицита 2007-2008 годов и за прошедшее время не оправдал затрачиваемых на него средств.

В общей численности выбывших работников по данным Росстата 62,6% составляют уволившиеся по собственному желанию, 9,3% — по соглашению сторон, 8,3% — в связи с сокращением численности. По сравнению с маем 2009 г увеличилась доля уволившихся по собственному желанию и в связи с сокращением численности, уменьшилась доля уволившихся по соглашению сторон и в связи с массовым увольнением.
— Абсолютно точно знаю, что сейчас под увольнение идет очень много высокооплачиваемых топ-менеджеров, а на их место принимаются работники, справляющиеся с их функциями за более разумную зарплату, — утверждает Елена Матросова. — Да, разумную, поскольку то, что творилось в стране с зарплатами в 2007-м и особенно в начале 2008 года, было напрочь оторвано от реальных экономических процессов. Уровень издержек по зарплатам снижать было необходимо, и сейчас все просто приходит в соответствие.

Возможность же того, что нынешняя экономическая ситуация может позволить «топам» оставить прежним свой уровень доходов, снизив при этом до минимума зарплаты основной массы работников, эксперт отвергла. «Доходы «топов» напрямую привязаны к прибыли, — пояснила она. — Если раньше прибыли крупных компаний достигали десятков, а то сотен миллиардов, то сейчас, по данным того же Росстата, прибыль дает практически ноль. Вряд ли собственник сочтет уместным выплачивать прежние суммы «топам» при таких показателях. Так что какой-то произвол здесь вряд ли возможен».

Интересную картину рисует статистика Росстата и в отношении неполной занятости. Так в июне 2009 г 3,5% списочной численности работников обследуемых организаций работали в режиме неполной рабочей недели (дня) по инициативе работодателя, 3,8% — по соглашению между работником и работодателем. Доля работников, находившихся в отпусках с частичным сохранением зарплаты по инициативе работодателя, которые, как правило, связаны с простоями, оплата которых осуществляется в соответствии со статьей 157 Трудового кодекса РФ, в июне 2009 г оставила 1,8% списочной численности работников. В неоплачиваемых отпусках в июне «гуляли» 5,1% списочной численности работников.

Наиболее высокий удельный вес уволенных по собственному желанию среди выбывших работников отмечается в организациях оптовой и розничной торговли (84,9%). Самая высокая доля уволенных по взаимному согласию работодателей и работников — в организациях финансовой деятельности (14,1%), по добыче полезных ископаемых 11,9%. Специалисты не сомневаются, что увольнение «по собственному» в половине, если не больше, случаев происходит под давлением ситуации, искусственно созданной работодателем.

С другой же стороны, как считает директор Института социальной политики и социально-экономических программ Сергей Смирнов, нельзя отрицать и структурных подвижек в сфере занятости. Уход по действительно собственному желанию вполне реален в сфере именно торговли, поскольку там в отличие от предприятий производственного сектора экономики работники характеризуются гораздо большей мобильностью. К примеру, если свернулась автоторговля, то вполне логично не продолжать сидеть менеджером в автосалоне, а найти другую работу. Тем более что и закрываются, и открываются новые торговые сети гораздо интенсивнее и легче, нежели те же производственные предприятия.

— Самая высокая мобильность, — считает Сергей Смирнов, — в операциях с недвижимостью: за год там даже в добрые времена обновлялось порядка 60% кадрового состава. А самый консервативный сектор — учителя, врачи и другие узкие специалисты, поскольку им в массе своей сложно переквалифицироваться и найти какую-то другую профессию. Зато государственные чиновники достаточно стабильно сидят на своих местах, что тоже легко объяснимо.

Не исключил эксперт и того, что именно в июне многие наши граждане вполне могли уволиться с бесперспективного в плане денег места с целью реально поправить свое финансовое положение на летних сезонных работах: сбор урожая, ремонтные работы и прочие разовые заработки.

А то, что увольнения по взаимному соглашению сторон наиболее распространены именно в финансовой сфере, г-н Смирнов объяснил следующими факторами. Во-первых, там всегда очень большие компенсационные и социальные позиции и существует очень много возможностей манипулировать на взаимных обязательствах. Во-вторых, в финансовой сфере увольняемому работнику и работодателю проще договориться, поскольку средние зарплаты там выше, чем в экономике в целом, а значит, увольняемый, скорее всего, имеет какие-то резервы, чтобы относительно безболезненно пережить период незанятости.

— Ну и нельзя не учитывать то, что финансовая сфера — очень замкнутый мир, где люди дорожат своей репутацией и перспективой дальнейшей занятости. Если за работником пойдет репутация склочника, то вряд ли он потом найдет хорошее место, на которое он, безусловно, рассчитывает, — сказал Сергей Смирнов.